А перед разлукой подарил он Василисе так называемый мертвый зуб (о нем ниже) и посоветовал на ушко: "Как сделается Иван-Царевич непослушным, напросись почесать у него в голове, только косточкой сей по кудрям евонным проведешь, он вмиг и образумится". Каков человек, таков и подарок. Вернулся Иван-царевич домой и только принялся женушке лекцию читать по теории игр, она ему зубчиком в голову мудреную запустила. Он, как и следовало ожидать, без перерыва и паузы преставился. Василиса истерично хихикнула, собрала хатули, села в телегу и поскакала до папаши, прощение вымаливать. Придумала даже историю на ходу - что Иван-царевич никакой не царевич, а переодетый ассенизатор и наймит тридевятиземельной разведки. Тристан же почуял собой, ушами-локаторами поводил и дал мне знать о происшествии. Созвал он народ - народа под рукой не оказалось. Привел тогда во палаты - они там нахалявили, ужас обитателей скотного двора. Но занавес уже упал. Опасливо осмотрев бездыханное тело, Тристан объявил собравшимся, что по Мережко-царевичу применен мертвый зуб: самонаводящийся биологический снаряд многократного использования. Покойника еще можно спасти, если извлечь из него зуб. Это страшное оружие бьет по любому, кто окажется в зоне поражения - конусе со сферическим углом в сто восемьдесят градусов. Говоря по-рабоче-крестьянски, надо перепрыгнуть через мертвеца, да так ловко и быстро, чтобы выскочивший зуб не успел в тебя воткнуться, иначе каюк безусловный летальный исход. Скоты заблеяли, замумукали, закукарекали, давая понять, что особых симпатий к царевичу не испытывают, потому что он, чудовище, жрал их за милую душу. Так что жизнью рисковать они не собираются, не дураки же совсем. Тогда прыгнул Тристан, оп - и готов, лежит пронзенный оружием массового поражения. А Мережко встал, пошатываясь, сказал, что ему тошно от этого балагана, и ушел в чулан. Делать нечего - без Тристана все равно пропадать - кинулся я через жмурика с криком: "Урааа". Куда там. Сразу околел. Мертвый сон меня сковывает, мгла поглощает, чувствую, толпа начинает расходиться - страшно, и...