Большинство студентов еще копошилось в здании космопорта, разбирая свои чемоданы и сумки, но Кафари, как всегда, путешествовала налегке. Вот и сейчас она почти ничего не стала брать с собой с Вишну. Новую одежду она себе купит, а лазерные диски с записями лекций больше ей не понадобятся. Компьютер Кафари был университетской собственностью, а безделушки, украшавшие ее комнату в общежитии, значили для девушки слишком мало, чтобы таскать их за собой. С Кафари было лишь то, что поместилось в ее рюкзак и карманы.

Она поступила так не только из-за заботы об удобстве. В Кафари говорил инстинкт самосохранения, который был неведом тем, кто вырос в городах. Людей, отягощенных лишними вещами, в тех местах, откуда была родом Кафари, ждала быстрая и страшная смерть. Дикие звери, испокон веков обитавшие на Джефферсоне, не щадили земных колонистов. Однако сейчас девушка была так рада снова очутиться дома, что расплылась бы в улыбке даже при виде четырехметрового зубастого и когтистого голлона, которого ей, впрочем, тут же пришлось бы пристрелить.

Кафари подставила лицо дождю, стекавшему по ее густым волосам. Несколько мгновений она смаковала его вкус, а потом встряхнула доходившими ей до пояса тяжелыми темными косами и закинула за плечи рюкзак. Пора! Прыгая через лужи, она пересекла тротуар и первой из студентов добралась до шеренги автоматических аэротакси.

— Укажите место назначения, — пробубнил механический голос, когда Кафари открыла дверцу и опустилась на потертое сиденье.

— Аэродром Каламетского каньона, — сказала она и полезла в карман за мелочью еще до того, как механический таксомотор пробубнил: — Оплатите полет.