— Ну давай, родной. Не подведи! — сказал Влад деду, и того споро спустили на зачарованных веревках вниз. Молча его провожали взглядом соратники по миссионерской деятельности, высыпав на палубу из своей сараюшки, вместе с первым отважным.

— А лихой мужик, наш Крони! — заявил Влад. — Вона как сиганул. Как ждал. Ведь всех девок перепортит, прежде чем делом займется. — Дружный хохот был ему лучшим ответом. И эта фраза стала хитом на эту ночь.

Они двигались от точки к точке, а избранный народ лихо нырял вниз, в темноту, радостно встречая самое великое приключение в своей жизни. Только первые трое шли в свои родные деревни, остальным пришлось идти в совсем незнакомые им села и поселения. Но это никого не смущало. И что бы уже ни случилось — огонь в их сердцах воспламенит следующие, а те передадут импульс дальше. И именно так заканчивались империи и начинались революции, идя от сердца к сердцу, от искры раздувая пламя выше гор.

На рассвете, в километре от одной из деревень, уже находящихся в соседнем королевстве, они спустили вниз последнюю бабушку, которая бодро расцеловалась с конунгом напоследок, вопреки всем сословным традициям и предрассудкам.

Конунг подождал, пока бабуся, тяжело опираясь на посох, не скроется из виду между деревьями, ковыляя по направлению к деревне. Тяжело вздохнув, он отдал приказ о выполнении следующего пункта в плане. Крейсер резво развернулся вглубь владений диких ванов и последовал до следующей реперной точки, откуда, повернув на юго- восток, он должен был выйти к Колючему Лесу. Торопиться было некуда да и незачем, так как выйти за пределы леса диких ванов каменный крейсер должен был ближе к полуночи, скрываясь в закатных сумерках.