Пита вошел в кухню. Достал кусок хлеба, колбасы, начал жевать.

– Скоро ужинать будем, – сказала Ильгет.

– Тебе жалко, что ли? – спросил Пита и положил бутерброд на полку холодильника.

– Да нет! Что ты, я этого вовсе не имела в виду. Ешь! Ну вот, что ты, прямо... – Ильгет расстроилась.

– Ладно, раз мы будем ужинать, я не буду ничего есть, – сказал Пита. Ильгет хотела ответить, но внутренне она ощущала какую-то напряженность мужа и понимала, что продолжение разговора может привести к скандалу. Лучше замять...

Повисло молчание. Ильгет очень хотелось поделиться, рассказать об Арнисе... о Квирине. О тех чудесных вещах, которые она сегодня услышала. Например, о циллосах – неужели Пите было бы не интересно, ведь он программист. Нельзя... Но так как и молчать было неудобно, она все же сказала:

– Как у тебя на работе?

Пита шумно вздохнул.

– Да как... представляешь, проект нам предлагают на две недели, а по-хорошему там месяца три надо. И шеф, похоже, берет.

– Ну ты ведь сможешь? – улыбнулась Ильгет, – у тебя всегда получалось.

Ей всегда нравилось, что Пита хороший специалист. Смешно – но действительно нравилось. Она этим гордилась даже.

Пита вздохнул.

– Да уж не знаю... Понимаешь, там... – он углубился в описание технических деталей, уже через несколько секунд Ильгет перестала его понимать. Но просить объяснить было бесполезно, она лишь молча кивала. Потом она спросила.

– Но это проект, ты говоришь, для какого-то нового центра?

– Да, – сказал Пита, – собираются строить у нас. Биотехнологическое производство, какие-то роботы, что ли...

– Живые?

– Ну не знаю. Нас ведь не посвящают в детали, и вообще это проект правительственный, все в тайне. Я думаю, что-то военное... Ось Зла, ты же понимаешь.