– Что-то не в порядке?

– У нас сейчас, понимаешь, такая политическая обстановка, – смутилась Ильгет, – все так настроены против Квирина... извини... я-то сама не знаю.

– Это неважно, – сказал ско, подумав, – в крайнем случае, меня отправят в тюрьму, это неприятно, но лучше, чем лежать в лесу. А спасатели найдут меня везде. Но если можно, я бы хотел оставить им какой-то конкретный адрес... у вас большой город, больниц несколько? Что это за город, кстати?

– Зара. Я не знаю, в какую больницу тебя увезут. Если хочешь, можно оставить мой адрес.

– Спасибо.

– Ты хорошо говоришь по-лонгински, – заметила Ильгет.

– Я был у вас. В прошлом году, примерно месяц. По делам СКОНа, задание выполнял.

– И так быстро... а, у вас же какие-то методики есть.

– Да, конечно, – подтвердил Арнис, – я выучил ваш язык заранее, это несложно с мнемоизлучателем.

Ильгет только вздохнула. Антенны на пирамидке вдруг задрожали, затряслись, как под сильным ветром, раздался мелодичный звон.

– Сигнал прошел, – обрадовался Арнис, – теперь давай расширим сообщение, чтобы они знали, где меня искать...

– Мой адрес сказать? Квартал Первостроителей, Красный корпус, А2.

– Спасибо, – Арнис протянул руку, снял с маяка устройство, похожее на микрофон и начал говорить. Надо понимать, на линкосе. Ильгет внимательно вслушивалась – тоже лингвист-недоучка. Линкос она должна была проходить только на пятом курсе и только ознакомительно. Кому на Ярне нужны галактические языки? А красиво звучит, мелодично так. Вот Арнис произнес ее адрес на лонгинском. Положил микрофон на место.

– Все в порядке, – он откинулся на землю с облегчением, – заберут дней через десять... ну, может, через две недели.