Я повернулся и завопил:

– Винни! Ты где?

– Наверняка занимается любовью с Джорджи, – сказал Роланд. – Эти двое – нежная парочка.

Винни выскочила из кормовой кабины, прокладывая себе дорогу в лесу человеческих рук и ног. Джорджи следовал за ней.

– Винни тут, Джейк!

– Иди-ка сюда, малышка.

Она прыгнула мне на колени. Я потер костистое, покрытое шерстью темечко между ушами.

– Как ты считаешь, Винни? – спросил я.

Винни подумала, нахмурив свои нависшие над глазами брови. В размышления она вложила множество усилий. Потом спросила:

– Про что считаю?

– Э-э-э? Понял. Про того человека, которого мы встретили. Того, у которого такая красивая одежда. Он тебе понравился?

Она пожала плечами. Мне стало интересно – выученный это жест или свойственный ее роду так же, как и людям.

– Большой человек, – ответила мне Винни. – Большой.

– Большой? – Ну уж нет. Прим явно был даже ниже среднего роста. – Ты хочешь сказать, «важный», «сильный»?

– Да, это. Большой человек. Сильный, – она пыталась как-то пояснить свои мысли, но ей не хватило слов, и она просто сказала: – Совсем большой человек. – Потом, словно ее озарила новая мысль, она добавила: – Много!

– Много? Ты хочешь сказать, в нем много чего-то? Или что он очень сильный?

– Много, – упрямо повторила Виним.

– Много? В смысле – «больше, чем один»? Что у него – много друзей?

Она подумала.

– Нет. Он много. Больше-чем-один.

– Понятно.

Я посмотрел на остальных, ища объяснения словам Винни. Никто ничего не понял. Я повернулся к Джорджи, который был не выше Винни, но чуть толще ее в талии, и спросил:

– А ты как считаешь, Джорджи, старина?