-- Закрыть двери? - спросил садовник.

-- Нет, -- возразила миссис О'Фланиган, -- ты же видишь, хозяин еще не вернулся с прогулки.

Минут 10 назад Хелен слышала, как мистер Эшвуд заводил мотор и выкатывал машину на дорожку, чтоб ехать в Лондон. Тогда ее покоробило, что этот нахал даже не попрощался. Выходит он остался в имении? Образ Длинного Ала, чинно совершающего вечерний моцион по дорожкам родового парка, позабавил молодую женщину. Вот что такое кровь! "Все мы современные люди, пока живем в столице, а попади в такую глухомань, поневоле станешь вести жизнь викторианского денди. Тросточка, монокль, чистые носки, отказ от коки..."

С трудом согревшись под тонким одеялом, она уже начала задремывать, когда в дверь постучали. Требовательно. По-хозяйски. Решив, что это экономка, наконец, сжалилась над ней и принесла кружку молока с печеньем, доктор Грант распахнула створки...

За порогом царила абсолютная темнота. Остальной дом спал. Во всяком случае свет был выключен везде. В слабом блеске луны, струившемся из окна в конце коридора, перед Хелен покачивалась высокая фигура. Она сразу узнала Длинного Ала. Наверное, он был совершенно пьян, потому что вел себя странно: ни здравствуйте, ни до свидания.

-- Пошел прочь! - возмутилась молодая женщина. - Мое общество к 35 % не прилагается.

Она захлопнула дверь, с раздражением повалилась на кровать и только тут осознала, что у ночного гостя были длинные темные волосы, слегка шевелившиеся на ночном сквозняке. Чтобы успокоить разыгравшееся воображение, Хелен затеплила свечу, вытряхнула из сумки аптечку, накапала себе аж 30 капель валерьяны, залила их водой из графина и выпила залпом.