«Ну вот, теперь все ясно, подумал Генрих, останавливаясь. — Такой подозрительный тип, как Каракубас, только в таком зловещем доме и должен жить. Лучшего места просто не найти: здесь никто его не увидит и не нарушит его жуткого одиночества».

Мальчик развернулся и с чувством выполненного долга зашагал домой. Всю дорогу он обдумывал, какую пользу можно извлечь из сегодняшнего происшествия, но так и не решил. Самого главного — фактов, которые изобличили бы Каракубаса в преступлениях, не было. А обращаться в полицию только потому, что старик вызывает подозрение, глупо.

На следующий день в школе, на переменке, Генрих подошел к своему приятелю Клаусу Вайсбергу — веснушчатому крепышу, прекрасно знающему, что ему надо от жизни, и беспрестанно поучающему всех вокруг. В отличие от Генриха, которому учиться было просто неинтересно, Клаус не хотел учиться потому, что отличной перспективой считал поскорее отмучить школу и устроиться на работу, к примеру, на стройку.

— Я не понимаю тех умников, которые хотят учиться после школы, идут на инженеров или того хуже — на учителей, — говорил однажды Клаус Генриху. — Представь только, полжизни проучиться, а потом потратить ее на каких-то болванов! Нет, это не по мне. На стройке работа хоть и тяжелая, но платят там хорошо, и при желании уже через полгода можно купить приличную подержанную машину. — Клаус Вайсберг никогда не применял к автомобилям термин «старый». — А машина — это главный показатель характера и достоинств человека.

Когда однажды Клаус увидел, что отец десятиклассника Мюллера подкатил к школе на новеньком «Мерседесе», он сказал так:

— Вот посмотри, Генрих, на этого стопятидесяти-килограммового толстяка Ганса Мюллера как две капли воды похожего на своего папочку и которого не каждый унитаз выдержит. Этот Ганс Мюллер все время хвалится, как он пятерых хулиганов побил… Помнишь тот случай? Ну так вот, побить их он, может, и побил, а ума ни он, ни его папаша не имеют.