Энди продолжал ворчать, но теперь Лэнсинг отключился, слыша лишь ровное бормотание и разбирая слов.
"И вот этому человеку, - думал он, - я собирался предложить отправиться в воскресный поход". Если бы он предложил, Энди почти наверняка согласился бы, ведь его жена в эти выходные гостит у своих родителей в Мичигане. Скорее всего, Энди и в походе будет не в силах сдержать ту лавину слов и доказательств, которая изливается из него сейчас; он будет говорить и говорить, и ничто не сможет заставить его замолчать. Обычно человек в походе стремится порадоваться хотя бы относительной тишине и покою, да только к Энди это не относится. Таких вещей, как тишина и покой, для Энди не существует, он олицетворяет собой вулкан мысли.
А еще Лэнсинг думал, что можно попросить Элис Андерсон провести выходные вместе, но и такой план имеет свои отрицательные стороны. Во время нескольких последних встреч с ней Эдуард замечал во взгляде Элис проблески матримониальных надежд, а это, если вникнуть, ничуть не лучше беспрерывной болтовни Энди.
"Итак, вычеркнем обоих", - подумал Лэнсинг. Зато оставалась еще возможность съездить в горы или запереться дома возле уютного огня, с музыкой и чтением. Наверно, найдутся и другие способы развлечься в выходные.
Он вновь вслушался в слова Энди.
- А ты когда-нибудь хоть на минуту задумывался, - спрашивал тот, - о кризисных моментах истории?
- Вряд ли.
- История изобилует ими, - поведал Энди. - Вот на них-то, на их сумме и основывается тот мир, в котором мы ныне живем. Порой мне приходит в голову, что может существовать целый ряд альтернативных миров...
- Ничуть не сомневаюсь, - отрезал Лэнсинг. Он не поспевал за полетом фантазии друга и утратил всякий интерес к разговору.