Сейчас наша космология далеко не так категорична в этом вопросе. В данный момент мы уже не знаем, что представляет из себя наша Вселенная - быть может, она конечна, а может, и нет; этого не знает никто. Это зависит от того, сколько во Вселенной материи, а оценка этой величины меняется год от года, а то и от месяца к месяцу. Но это ни то, ни се. Тогда, в те годы, когда еще доминировало убеждение, что Вселенная конечна, то и теория, основывавшаяся на знании о конечности Вселенной, была точно такой же конечной. То есть имелась определенная квота знаний, и как только мы ее исчерпали бы, узнавать о Вселенной стало бы нечего. А раз знания развиваются и накапливаются, удваиваясь каждые пятнадцать лет то - как подсчитали в те годы - этот процесс долго не продлится, максимум несколько столетий. После этого познание подойдет к тому пределу, который определен конечностью Вселенной, и наступит конец дальнейшему накоплению знаний. Люди тех дней, разделявшие подобную точку зрения, заходили настолько далеко, что даже строили экспоненциальные графики, предел которых, по их мнению, должен был продемонстрировать конечную точку развития науки и техники.

- Но ты же говорил, что концепция конечной Вселенной больше не является общепринятой, и Вселенная вполне может оказаться бесконечной.

- Ты не уловил мою мысль, - проворчал Энди. - Речь идет не о том, хороша или плоха Вселенная. Я просто воспользовался этим примером, чтобы опровергнуть твое утверждение насчет моего пессимизма. Я пытался объяснить, что бывают ситуации, когда провозглашается пессимизм особого рода. А начал я с того, что было бы благословением, если б на нас обрушилась какая-либо катастрофа, заставившая нас изменить способ мышления и выработать новый образ жизни, ведь мы устремляемся в тупик, более того - мы устремляемся туда очертя голову. И когда мы окажемся в тупике, мы сгрудимся там толпой, а потом поползем обратно, вопрошая себя, а не было ли более разумного способа проделать это раньше.