Здесь не было чего-то определённого. Половину занимал сорняк, другая половина отдана малине. Однажды он наткнулся здесь на большую, чёрную гадюку, и до сих пор помнил, как похолодела спина. Гадюка вначале напружинилась, подняв голову, а потом всё же юркнула в траву. Под впечатлением, он решил всё здесь выполоть, но уже к вечеру забыл об этом, и после никогда не вспоминал. В четвёртом дворике беспорядочно стояли восемь деревьев ореха-фундука, отчего здесь всегда были полумрак и влажность. Летом листья останавливали большую часть солнечных фотонов, и земля никогда не успевала просохнуть, насыщенная влагой реки.

Он открыл четвёртую калитку и снова вспомнил, что теперь кто-то смотрит на него с того берега.

— Кто же это может быть? — подумал он, чувствуя, как привычно по спине прополз холодок. — Как будто у меня там та чёрная гадюка, под майкой.

Он вздрогнул, но тут же забыл обо всём, уже в несчитанный раз погружаясь в полусонную зачарованность красотой этого места.

В метре от его ног текла река, чёрная, не знающая света, потому что тот её берег был подножием высокой горы. Склон непроходимо порос деревьями и кустарником. Солнце, наверное, когда-то давно пыталось добраться сюда, но осознало, что это то место, в котором ему не быть никогда, и тогда солнце просто забыло о нём. Впрочем, на Земле много мест, в которых солнце никогда не гостит. От полумрака здесь всегда было прохладно, и дышалось глубоко.

Река текла быстро. До моря отсюда оставалось совсем ничего, и она спешила на долгожданную встречу. Виталий подготовил удочку, и усевшись на короткое бревно, забросил снасть под тот берег. Когда-то здесь была лавочка, но она не вынесла постоянной влажности и прогнила точно посередине. Отец хотел сделать другую, но не успел.

После смерти родителей, Виталий вот уже пять лет жил в тихом одиночестве. Когда в конце сентября заканчивался сезон, он погружался в полуспячку. Днями в бесконечный раз перечитывал небогатую домашнюю библиотеку, вечерами сочинял статьи для журналов, что иногда ему приносило маленький дополнительный доход, а по ночам подолгу не спал, думая, почему у него всё вот так?