Надо было еще что-то сказать. Я же остановила его… Что же? Краснея и бледнея под взглядами окружающих, я подошла ближе. Более глупо, чем я уже себя выставила, было невозможно. Поэтому я выпалила первое, что пришло в голову:
- После нашей встречи я поняла одну вещь. – Улыбнулась я тихо, но голос все равно казался слишком громким! Ухватилась за его руку, чтобы не обмякнуть на слабеющих ногах. Благодарно поняла, что он продолжил свой путь куда-то в левую сторону от помоста. – Ты не произнес ни слова. Как может так быть, что после разговора человек понимает… - Я захлебнулась воздухом. – Что собеседник не произнес ни слова?
Он посмотрел на меня с улыбкой. Что я хочу узнать? Почему я начала это?
- Просто хотела услышать твой голос. – Прошептала я, краснея. – Для полноты картины впечатлений о Воронке…
Андрес засмеялся и его голос разнесся по всей зале, будто все присутствующие в этот миг замолчали. Оглянувшись, я поняла, что в зале на самом деле тихо. Странно как…
- Для полноты картины впечатлений о Воронке я могу добавить, что рад тебя снова видеть. – Проговорил он весело, и я улыбнулась. Какой сильный, глубокий голос. В самый раз для такой значительной фигуры…
- Декан, Ксю, Учитель… - Проговорил он тихо, и я с ужасом поняла, что Андрес остановился перед столиком главы Гильдии, за которым также сидели Декан и глава резиденции Гильдии в Турхеме.
- Андрес, мальчик мой. – Обернулся глава Гильдии магов, и я чуть не провалилась под пол.
- Вы познакомились с Дайан. – Улыбнулся Декан, кивая. – Она собирает исторические материалы о…
Андрес кивнул.
- Мы виделись у Воронки на прошлой неделе.
Декан вскинул брови. Я не знала, куда деть себя и руки, освободившиеся, когда Андрес сел в свободное кресло. В этот миг свет чуть померк и на помосте появился человек.
- Мы можем продолжить разговор после официальной части, Дайан. – Проговорил Андрес. Бледнея и краснея, я кивнула и направилась к своему столику. В зале сохранялась нереальная тишина. Будто дождавшись, пока я сяду, человек на сцене начал приветственную речь. Что-то было не так. Мои спутники смотрели не на сцену, а на меня.