В ту же секунду профессиональный интерес в нем слегка посторонился, уступая дорогу интересу личному.
--Кто такой Пит Клакстон? -- поинтересовался он. И снова удивился. оказывается, существование этого парня и то, что он для нее значил, взволновали его.
--Второй помощник, штурман. Он старше меня, но он славный, очень славный.
Голерс подождал, пока не понял, что она больше ничего не собирается рассказывать. Казалось, Дебора Эверлейк раскаивается, что слишком много наговорила ему. Закусив губу, она безучастно глядела куда-то поверх его плеча. И как часто случается с людьми, голубизна глаз которых очень бледна, от этой бледности ее глаза казались пустыми, больше похожими на глаза животного или восковой модели, чем на человеческие. Он отвел взгляд. Пустота ее глаз не нравилась ему, потому что она лишала Дебору ее красоты. У людей с такими светлыми глазами видимость пустоты в них была общим недостатком. Возможно, именно поэтому он предпочитал темноглазых женщин.
Чувствуя неловкость, он встал.
--Я сейчас вернусь,-- сказал он.
Она продолжала молча и безучастно смотреть в стену. Повернувшись, он открыл дверь. И едва не натолкнулся на капитана, устремившегося в дверной проем. Голерс остановился, чтобы пропустить его. Эверлейк, казалось, даже не заметил его. Он шел так, будто дверь открылась под воздействием фотоэлемента.
Голерс посмотрел на неестественно застывшее лицо и удалился. Одного капитанского вида было довольно, чтобы заболела и здоровая девушка.
Дверь позади него закрылась.
--Рода,-- спросил он,-- ты...
Он запнулся. Дверь в каюту была закрыта, но даже она не смогла заглушить пронзительный крик, рвущийся изнутри.
Худая, но сильная рука Располда помешала Марку Голерсу ворваться в каюту.