Время от времени врач кивал, пока капитан описывал классический пример эпилептического припадка, инсулинового или адреналинового шока. Голерс сомневался, что у нее диабетическая кома, но для полной уверенности ему было необходимо знать уровень сахара в крови. Не исключена также и вероятность того -- о чем так беспокоятся работники врачебно-таможенной службы,-- что девушка могла подхватить вирус какой-нибудь неземной болезни или дать приют паразитирующему организму. Правда, Голерс как не думал. Скорее всего, она просто впервые поддалась одному из самых обычных недомоганий земного типа.
Однако кто знает. А вдруг в ней притаился неизвестный ужасный микроб, который вызовет эпидемию вроде Черной Смерти*, если вырвется за пределы этого корабля?
*Чума в Европе в XIV веке.
В эту минуту она открыла глаза.
Не успел он заговорить, чтобы успокоить ее, как девушка отпрянула от него. С расширенными от страха глазами она пыталась забиться в постель от него подальше. Ее отец тотчас подскочил к ней, оттесняя врача своим худым телом.
--Все хорошо, Дебби. Папа с тобой. Тебе нечего бояться. Ты только лежи спокойно, слышишь? Лежи спокойно, и ты поправишься.
Она не ответила, но посмотрела мимо отца на Голерса. Ее глаза были такими же светло-голубыми, как у отца, только помягче. Теперь, когда она приподняла голову, Голерс обратил внимание, что ее золотистые волосы очень длинны. Одно это заметно выделяло ее в мире коротких стрижек.
--Кто это? -- спросила она хриплым, напряженным голосом. Затем ее голова снова опустилась на подушку, словно усталость взяла свое. Девушка закрыла глаза и сцепила на груди пальцы. Минуту Голерс наблюдал за ней, потом вышел из каюты, захватив с собой электроэнцефалограф.
Рода Ту подняла от мехлаба глаза.
--Общий клинический еще не готов, но остальные уже есть.