Кто не знает, что таковы законы Эльфландии? Однако, кто бы не удивился, увидев нечто подобное своими глазами, как видел теперь Алверик? Он обернулся к Лиразель, и сообщил, что миновало десять-двенадцать лет. Но это имело такой же успех, как если бы бедняк, женившийся на принцессе, пожаловался ей, что потерял шестипенсовик; время не имело ни ценности, ни значения в глазах Лиразель, и она ничуть не встревожилась, услышав о десяти канувших в никуда годах. Ей даже пригрезиться не могло, как много значит здесь для нас время.

Люди поведали Алверику, что отец его давным-давно умер. А кто-то добавил, что умер старый лорд счастливым, вооружившись терпением, полагаясь на то, что Алверик выполнит его волю; ибо хозяин замка знал кое-что о законах Эльфландии и понимал: тот, кто сносятся между тем и этим краем, должен обладать хотя бы долей того безмятежного спокойствия, что вечно царит над погруженной в грезы Эльфландией.

Выше по склону долины пришлецы услышали звон наковальни - то кузнец припозднился за работой. Именно кузнец некогда выступил глашатаем от лица тех, что давным-давно явились в просторный зал, отделанный в алых тонах, к правителю Эрла. Все эти люди были еще живы; ибо время, хотя и шло оно над долиной Эрл так же, как над всеми ведомыми нам полями, шло неспешно, не так, как в наших городах.

Оттуда Алверик и Лиразель направились к священной обители фриара. Отыскав же фриара, Алверик попросил обвенчать их с принцессой по христианскому обряду. Но едва увидел фриар , как засияла ослепительная красота Лиразель среди незамысловатого убранства его маленькой священной обители (ибо он украсил стены своего дома всякого рода безделушками, что время от времени покупал на ярмарках), - он тотчас же испугался, что гостья - не из рода смертных. И когда он спросил девушку, откуда она, и та радостно ответила: "Из Эльфландии", - сей достойный всплеснул руками и очень серьезно объяснил принцессе, что никто из обитателей той земли не может рассчитывать на спасение души. Но Лиразель улыбнулась в ответ, ибо в Эльфландии ничего не нарушало ее праздного счастья, а теперь в мыслях ее царил один только Алверик. Тогда фриар обратился к своим книгам: посмотреть, как следует поступать в подобном случае.