Бараханцы были известны своей яростной тактикой нападения, но они были также осторожны, как и быстры, и не так глупы, чтобы гибнуть во время штурма палисада. Растянувшись широкой цепью, они ползли вперед, используя малейшие укрытия, такие как ямы, одиночные кусты, но их было не так уж и много, потому что земля вокруг форта была очищена, чтобы пикты во время своих атак не смогли укрыться здесь.

Когда бараханцы приблизились к форту, защитникам стало легче целиться и попадать в наступающих. Тут и там лежали трупы, латы которых блестели на солнце. Некоторые были пробиты арбалетными болтами, из тел других торчали стрелы, особенно из их незащищенных шей или подмышек. Раненые плавали в лужах крови и стонали.

Пираты были гибкими как кошки, они постоянно перемещались с места на место, и из-за этого постоянного движения представляли из себя плохие мишени, кроме того, латы защищали их. Их непрерывный обстрел угрожал людям в форте и заставляли их нервничать. Несмотря на это, было очевидно, что преимущество было на стороне укрывшихся за стенами зингарцев, пока шла только перестрелка.

Однако, возле ангара для лодок, на берегу пираты работали топорами. Граф яростно выругался, увидев, что они сделали с их лодками, которые его люди соорудили из досок, с таким трудом напиленных из толстых стволов деревьев.

— Они строят передвижной защитный щит, — в ярости воскликнул он. — Нужна вылазка, прежде чем они его изготовят, пока они еще рассыпались по берегу…

Гальбро покачал головой и взглянул на безоружных рабочих с их неуклюжими охотничьими копьями.

— Наши стрелы убьют многих, кроме того, мы не можем вступать с ними в рукопашную. Нет, мы должны оставаться за оградой палисада и положиться на свою защиту.

— Великолепно, — пробурчал Валенсо, — но только в том случае, если они не вторгнутся в форт.