— Но Стромбанни бежал! — воскликнул Гальбро. — А новый корабль плывет под флагом Зингары!

— Делай то, что я тебе сказал! — прогремел Валенсо. — Мои враги не только иностранцы. Наружу, собаки! Тридцать из вас должны втащить щит в форт!

Прежде чем зингарский корабль бросил якорь, тридцать самых сильных мужчин подкатили щит к воротам и постарались протащить его в форт.

Тина удивленно спросила из окна главного дома.

— Почему это граф снова запер ворота? Он боится того человека, который находится на корабле?

— Я не знаю, что ты имеешь в виду, детка, — обеспокоено ответила Белеза. Хотя граф был отнюдь не тем человеком, который боится своих врагов, он никогда не говорил, почему он ушел в это добровольное изгнание. Во всяком случае, предположение Тины было беспокоящим и не таким уж и невероятным.

Девочка, казалось, не слышала ее ответа.

— Все люди снова внутри форта, — сообщила она. — Ворота заперты и все вернулись на свои посты. Если новый корабль преследует Стромбанни, почему же он тогда не плывет за ним? Это не военная карака, а обычная галера. Посмотри, лодка с корабля идет к суше. На ее носу сидит человек в черном плаще.

Лодка заскребла по песку. Человек в темной накидке спокойно шагнул на песок, а за ним последовало три его товарища. Он был высок, строен и под его черным плащом блестел черный шелк и сталь.

— Стойте! — прогремел граф, когда они подошли ближе. — Я буду иметь дело только с вашим предводителем!

Высокорослый чужак снял свой шлем и поклонился. Его товарищи остановились и еще плотнее закутались в свои плащи. Моряки позади них, опершись на весла, смотрели на флаг, развевающийся над палисадом.

Когда чужак подошел так близко к воротам, что уже не нужно было кричать, чтобы понять друг друга, он сказал:

— Конечно, между людьми чести не должно быть недоверия.

Валенсо яростно посмотрел на него. У чужака была темная кожа, узкий нос хищной птицы и тонкие черные усы. На его шее, так же, как и на рукавах, были видны тонкие кружева.