Киммериец стоял готовым к прыжку или к тому, чтобы повернуться и помчаться по туннелю. Суеверный страх варвара грыз его. Хотя он и был совершенно бесстрашен, когда дело касалось обычных людей или животных, но все сверхъестественное всегда будило в нем холодный ужас.

Итак, именно поэтому пикты не использовали свои шансы, а вместо этого повернули назад. Собственно он предполагал нечто подобное. Он постарался вспомнить все, что слышал о демонах в своей юности в покрытой облаками Киммерии, а потом во время странствий по большой части цивилизованного мира — и что пережил сам. В то мгновение он не мог вспомнить ни того, ни другого. Но когда этот воздушный дух обрел материальную форму, он увидел все его ограничения. Гигантское неуклюжее чудовище не могло бегать так же быстро, как смертное животное его размеров и очертания. Конан был уверен, что сам он сможет бежать быстрее, чем вот такое чудовище.

Он собрал все свое мужество и с колотящимся сердцем проревел.

— Эй ты, ужасный монстр! Не потрудишься ли ты выйти?

Он не получил никакого ответа.

Голубой туман клубился под сводом пещеры, больше не сгущаясь в демона. Внезапно Конан вспомнил сагу пиктов о демоне, которого заколдовал один колдун, чтобы демон этот убил группу чужеземцев, пришедших из-за моря. Но он запер демона в той же пещере, где он заточил свои жертвы и в которой он убил их, чтобы демон, которого он вызвал из ада, не мог напасть на него и разорвать его на клочки.

Киммериец впервые обратил свое внимание на сундуки, стоящие вдоль стен туннеля…

В форте граф приказал:

— Быстрее наружу! — он рванул засов ворот. — Уничтожьте щит, прежде чем чужаки высадятся на берег.