- А ты что за человек, - передразнил гигант. - Да просто любопытный ублюдок, которому я переломал бы все кости, если бы...

Он набрал в легкие воздух.

- ...Если бы я не пообещал, что от меня не будет неприятностей. Я еще ни разу не нарушил своего слова, данного живому или мертвому.

Кулаки его снова сжались и разжались.

- Урсон, я не собираюсь судить тебя. Пойми это. Но расскажи об этом. Мы же были, как братья. Нельзя утаивать такое от...

Урсон продолжал тяжело дышать.

- Надо же, как хорошо ты знаешь, что мне следует делать и чего не следует! - с издевкой ответил он.

Резко подняв руку, он отвел ее в сторону и плюнул на пол. Развернувшись к выходу, собрался шагнуть, как вдруг...

Раздался крик. Нет, это не был привычный звук со стороны - нечто невообразимое взорвало их головы изнутри. Гео закрыл уши руками и резко повернулся к Змею. Две искорки в глазах мальчика метнулись к Урсону, затем к Гео и снова к Урсону.

Странный крик повторился, на этот раз тише, и в нем можно было различить слово "помогите". Как и сам звук не состоял из голоса, так и само слово не состояло из букв. И то и другое друзья почувствовали. Рожденная непосредственно внутри их черепов, потрясающая гамма чувств и информации не нуждалась в традиционном способе передачи. Друзья замерли, внимая непривычному ощущению - словно затихающее звучание камертона доносило до них боль, надежду, просьбу.

- Вы... помогите... мне... вместе... - улавливали они слова, непонятно откуда появляющиеся в их голове.

- Эй, - сказал Урсон, глядя на Змея - это ты?

- Не... сердитесь... - явились слова.

- Мы не сердимся, - сказал Гео. - Только объясни, что ты делаешь?

- Я... думаю...

- Как ты можешь думать так, что всем слышно? - потребовал ответа Урсон.