Там, за каминной решеткой, весело плясал огонь, а рядом с камином в глубоких мягких креслах сидели его дочь Иссольда и старый друг графа Богенталь. Когда он вошел, они поднялись ему навстречу, и Иссольда, привстав на цыпочки, поцеловала отца в щеку. Богенталь улыбался.

- Мне кажется, ты не прочь выбраться из этих доспехов и перекусить чего-нибудь горячего, - сказал он, дергая за шнурок колокольчика.

Граф кивнул с благодарностью, подошел поближе к огню и, стащив с головы шлем, поставил его на каминную полку. Иссольда уже стояла перед отцом на коленях, снимая с него наголенники. Это была красивая девятнадцатилетняя девушка, с мягкой золотисто-розовой кожей и пышными белокурыми волосами. Сейчас на ней было длинное огненно-рыжее платье, и оно делало ее похожей на фею огня.

Слуга помог графу снять кирасу и остальные доспехи, и вскоре граф уже натягивал свободные домашние брюки и белую шерстяную рубашку.

Маленький столик, который ломился от изобилия пищи - картофель, бифштексы, салаты, изумительный по вкусу соус, а также кувшин с подогретым вином - поднесли поближе к камину. Граф вздохнул и начал есть.

Богенталь - стоя, а Иссольда - свернувшись в кресле, терпеливо ждали, пока он утолит голод.

- Ну, милорд, - сказала она, улыбаясь, - как прошел день? Все ли спокойно на нашей земле?

- Кажется так, миледи, хотя мне удалось добраться лишь до одной пограничной башни. Начался дождь, и я решил вернуться домой.

Потом он рассказал им о встрече с барагуном. Иссольда слушала, широко раскрыв глаза. Богенталь тоже выглядел встревоженным. Он качал головой и поджимал губы. Этот известный поэт-философ не всегда одобрял подвиги своего друга; ему иногда казалось, что граф сам ищет приключений на свою голову.

- Помнишь, - сказал Богенталь, когда граф закончил рассказ, - утром я советовал тебе взять с собой фон Виллаха и еще кого-нибудь.