Но ученый ошибался – в планы Джима входило лишь пробить стену насквозь, используя для этой благородной цели голову психолога.

– Подожди! У меня появилась идея!

Джим остановился, но хватки не ослабил.

– Ну, так что за идея?! – заорал он.

– Есть шанс. Не слишком надежный, но все же шанс, – проскрипел Гроттволд. – Тебе потребуется моя помощь. Но это может сработать. – Он оживился. – Да, это действительно может сработать!

– Ну хорошо! – рявкнул Джим. – Выкладывай, в чем суть, да поживее!

– Я могу послать тебя за ней… – Гроттволд заткнулся, почувствовав повисшую в воздухе незримую угрозу. – По…подожди! Я совершенно серьезно! Я действительно считаю, что идея того стоит…

– Ага, ты постараешься избавиться от меня, – сквозь зубы процедил Джим. – Надеешься устранить единственного свидетеля, который может дать против тебя показания?!

– Нет, нет! – заспорил Гроттволд. – Идея сработает. Я уверен, что идея сработает! Чем больше я над ней думаю, тем более уверен, что все получится. Я окажусь прав… Несомненно, я окажусь прав! И тогда я стану знаменит! Это станет новым шагом в науке!

Его панический страх исчез как не бывало. Хансен распрямил (правда, лишь вдоль стены) плечи и предпринял (надо отметить, неудачную) попытку отпихнуть от себя Джима.

– Отпусти меня! – громко, но без истерики произнес он. – Я должен вернуться к приборам, иначе я не смогу помочь Энджи. А я не хочу, чтобы она попала в беду! Я хочу вернуть ее обратно в целости и сохранности! Ты ведь не станешь возражать?

Джим осторожно выпустил «собеседника», но по-прежнему не спускал с него глаз, держа правую руку наготове так, чтобы в любую секунду Заграбастать Хансена.

– Давай шевелись да объясняй, что делаешь, – скомандовал Джим. – Но только быстро.

– Я двигаюсь так быстро, как только могу. – Гроттволд повернулся к контрольной панели, бормоча себе под нос: – Да, да, именно в этом положении… да, именно на этом уровне, да… иначе и быть не могло…