— Отлично.
Дрейкос полностью стал трехмерным, вытянул шею, встряхнул головой и выскользнул из укрытия под одеялом.
— Задержи дыхание.
Искоса поглядывая на дракона, Джек втянул в грудь побольше воздуха и перестал дышать. Секунд на двадцать к'да замер, только уши его чуть-чуть подрагивали, а золотистые чешуйки слегка поблескивали в полутьме барака. Потом дракон кивнул и сказал:
— Все спят. — После чего мягко соскочил на пол рядом с койкой. — Мне понадобятся твои часы.
Джек снял часы и отдал Дрейкосу.
— Побудка в половине пятого, — предупредил он дракона. — Пожалуйста, не играй в Золушку.
— Что-что?
— Проехали, — сказал Джек, натягивая одеяло на плечи и поворачиваясь на бок. Позади был очень длинный день, и внезапно мальчик почувствовал, что ужасно устал. — Просто не опоздай. И постарайся не разбудить меня, когда вернешься.
Глава 5
Зорю сыграли ровно в четыре тридцать; от хриплого воя трубы койки во всех бараках судорожно заскрипели. Не прошло и полминуты, как в дверях появился сержант Гриско собственной персоной. В его приветственной речи говорилось о неких жирных, нашпигованных личинками кусках сала, которые должны немедленно оторвать задницы от кроватей и встать по стойке «смирно».
— Слизняки! — заорал он, когда новобранцы вытянулись, не смея поглубже вздохнуть, у своих коек. — Вы что, думаете — это летний лагерь? Размечтались! А я, по-вашему, кто? Ваша мамочка? Еще чего!
Сержант медленно пошел по комнате между рядами коек, оглядывая каждого новобранца с головы до ног и, не особенно стесняясь в выражениях, делясь соображениями о них самих, об их родителях, о том, что ожидает новичков, и об их шансах стать хорошими солдатами. Вся эта унизительная процедура имела цель приструнить юнцов и сделать из них послушных овечек.
Джек невольно восхищался обширным словарным запасом сержанта, хотя сам провел много времени в компании дядюшки Вирджа и других уголовных типов и раньше считал, что в умении сквернословить этим людям нет равных.