Стоя всего лишь в дюжине футов от собеседника, Джим был вынужден задирать голову, чтобы посмотреть в лицо великану, но даже тогда вид получался несколько искаженным. Чтобы лучше рассмотреть незнакомца, Джим отступил на дюжину шагов.

— Не бойся, — прогудел великан. — Знай, что я Рррнлф, морской дьявол. Зови меня Ренальф, как это делали коротышки, когда я был здесь в последний раз. Как и тогда, клянусь сиренами, я не желаю вам ничего дурного. Я ищу кое-кого другого. А как называешь себя ты, парень?

— Я… э… — Джим чуть было не представился просто как Джим Эккерт, но вовремя спохватился. — Я сэр Джеймс Эккерт, барон Маленконтри…

— Странные у вас, людишек, имена, — проворчал великан. — Всего одно «р», а «л» вовсе нет. Однако это не имеет значения. В какой стороне здесь море?

Джим показал на запад.

— А, — удовлетворенно проговорил морской дьявол, — теперь я уже не заплутаю. — С каждым предложением его речь становилась все более обычной. — Отсюда я уже пройду под землей куда угодно и больше не заблужусь. А почему ты держишь в руках это… как их там?

— Это цветы для моей жены, — ответил Джим.

— Она ест цветы? — удивленно прогудел Рррнлф.

— Не-ет, — ответил Джим, задумавшись, как бы это объяснить великану. — Она просто любит держать их… смотреть на них, ну, сам понимаешь.

— Почему же она просто не придет сюда, к ним? — спросил Рррнлф.

Джиму уже начали надоедать все эти вопросы. Какое собачье дело этому мамонту в человеческом облике до Энджи и цветов? Но, с другой стороны, не стоит сердить существо таких размеров.

— Потому что ей хочется, чтобы они были всегда под рукой! — ответил он.

В этот момент в его голове взорвалась, как фейерверк Четвертого июля, идея. Он совсем позабыл о своих, хотя и ограниченных, магических способностях, которые приобрел, появившись в этом феодальном мире. Какой смысл обладать магическими способностями, если волшебник вроде него не может уладить такую не очень сложную ситуацию?