– И мой сын, отец.

Воздух наполнился ехидным смешком.

– У меня есть глаза, которые видят дальше и глубже этих слепых шрамов. Но с кем или с чем ты спишь – это твое дело.

Пауза. И голос:

– А ты и в самом деле Валерена? Или ее дубль?

– Я – Валерена-главная.

– Приятно слышать. Иногда я думаю, что ты посылаешь дубли, когда тебя мучит совесть.

– Зачем ты позвал нас?

Ощущая свою вину, Валерена хотела сменить тему.

– Самые пессимистические догадки предполагают, что эта тварь оказалась на П. Джексонике-3 и была опознана. По всему Президентству расползутся тревеллеры, разнося тревогу. Мы считаем, что игра началась. И скоро они придут, вынюхивая след. Тогда мы захватим Страж для Дома Трегессер.

– Ты их недооцениваешь. – Голос Валерены звучал устало. Она уже не раз вела этот спор. – Ты ставишь существование Дома Трегессер против ставки, известной тебе лишь фрагментарно – по сообщениям тех, кто пережил Энхерренраат.

– Экраны у меня не хуже, чем у них. И у меня есть Лупо. Все остальное решает огневая мощь. Когда появится Страж, он будет отсечен от Паутины и попадет под такой огонь, что перегрузятся его экраны. Ему останется сдаться или погибнуть. Тот единственный выбор, который они дают остальной вселенной. Дом Трегессер получит корабль-Страж, хеллспиннеры и тайну подъема таких больших масс на Паутину.

– Та самая стратегия, на которую рассчитывали участники Энхерренраата. Они тоже хотели победить огневой мощью. Их истребили. Стражи остались. И теперь они на пять веков умнее.

– На пять веков глубже в старческом маразме, дитя. На пять веков дольше примерзли к старым путям.

Блаженный шагнул вперед:

– Меня зачем ты призвал к себе, дед?

– Ты наследник моей наследницы. Время тебе узнать, зачем создавали дублей твоя мать и я, чтобы мы могли действовать, не заботясь о зависти младших Домов и мерзком вмешательстве Стражей. Они не заподозрят нас в заговорах, если их шпионы будут видеть наших дублей, занятых лишь делами Дома Трегессер.