– Надо же… – покачал головой Первый. – Что же тогда, Второй?

– Э, нет! – Второй покачал пальцем. – Уже не Второй-из-желтых, но Первый-из-красных.

– Вот, значит, как…

– Да, так. А ты что думал? Если я и мои люди – всего лишь техники, то нам всю жизнь оставаться вторыми, третьими, четвертыми и сто сорок пятыми?

Первый слушал молча. Лицо его было бесстрастным, но в душе бурлили раздражение и недоумение: ничего подобного он даже представить не мог! Он думал, что переговоры пойдут по обычному пути, что в обмен на прекращение с их стороны боевых действий Второй станет настаивать на расширении собственных полномочий и разрешении вести полномасштабные эксперименты с местной фауной, включая разумную жизнь, что, накоонец, он будет требовать права равного голоса, но такое?…

– И что же это все значит? – спросил Первый после недолгой паузы.

– Это значит, что теперь я тоже Первый. Разве ты не понял? – нагло улыбнулся бывший Второй. – И нас теперь совершенно не волнуют ни твои ценные мысли, ни твои предложения, ни тем более приказы. Мы сами по себе и будем делать то, что захотим.

– Интересно… – Первый не вынимал руки из кармана. – И чего же вы уже захотели?

– О, у нас впереди огромное поле деятельности! – взмахнул рукой новобъявленный Первый-из-красных. – Местные жители крайне неразвиты, если не примитивны, и вполне подходят для наших целей. А цели наши просты: выживание и гегемония на планете. Мы станем их прародителями, их богами. Дадим им огонь, выучим письменности, научим обрабатывать металл, покажем…

– Погоди! – повысил голос Первый-из-желтых. – Постой! Ты отдаешь себе отчет, что это грубейшее нарушение Первой межгалактической директивы, запрещающей какое-либо вмешательство в естественный ход эволюции на заселенных гуманоидами планетах, не достигших соответствующего уровня развития?