— Проснитесь, господин унтер. Сразу видно, что вы служили в армии. Трезвым уснуть за столом…

— А, Дебрен. Тот, что резиной вразнос торгует… — Путих глянул не совсем осмысленно. Зевнул. Посмотрел на клепсидру. — О, уже полночь? Да я и верно вздремнул. Откуда ты знаешь, что я служил?

— Ну, ведь… Если вы называете себя унтером…

— Ха, вижу, в Лелонии придерживаются добрых правил. Значит, у вас в унтера гражданских не берут. И правильно делают. Но тут и цивильными не брезгают. Меча из ножен этакий без клещей не вытащит, а звание ему дают. Эх, уж это наше Совро…

— Звание? Так… унтер означает?..

— Не знаешь? По поручениям правящего сейчас князя. Значит — доверенная личность. Именно для таких, как эта вот деликатных работ. М-да. Ну, как там идет дело? — Он оглядел задымленную и заляпанную реагентами мастерскую. — Вони, чую, напустили вы через край. За десятерых. Не иначе как Борис снова до руды добрался и золото изготовляет.

— Обижаете, господин унтер, — заявил старик. — Я изо всех сил трудился. Философский камень четырнадцать веков ожидал своего открывателя, так что еще денек подождет. А золото — не заяц, из руды не убежит… — Он поставил перед Путихом большой поднос с множеством стеклянных флаконов. — Вот результаты наших с Дебреном усилий. Согласен, один я и половины бы не сделал.

— Вода? — поднял брови унтер. — Что вы тут мне…

— Водные взвеси, — гордо пояснил Борис. — Мы взяли с туфли пробы посторонних материалов, то есть не свойственных истинной туфле. Дебрен их рассепарировал, я быстро организовал размножение, ну и пожалуйста! Готово! Теперь мы уже знаем, что в туфле было.

— Нога? — неуверенно спросил Путих.

— Нога тоже. — Дебрен глянул через ворожейкино плечо на густо исписанный лист тетради. — Размер ступни: один к одному — дамская ступня.