А тем временем Дуся учила дракончика хорошим манерам. Она нашла Пыхалку забавным, но немного неотёсанным и немедля занялась его воспитанием.
- Как ты ходишь? - мурлыкала она.- Топаешь, как носорог! Ходить надо вот так... Лапки переставляются мягко и осторожно.
И кошка Дуся изящно прошлась по коврику.
- Не-а. Если я буду так ходить, то как же мой устрашающий драконий топот? Все драконы топают. Иначе они не могут,- проворчал Пыхалка.
- Ты упрямый, как носорог!
Носорог был единственным диким зверем, которого Дуся знала. Когда-то она видела его на картинке и хорошенько запомнила. С тех пор носорог стал для неё источником отрицательных примеров на всю жизнь. <Ходишь, как носорог>, <глупый, как носорог>, <лакает молоко, как носорог> - то и дело повторяла кошка. <Непонятно, с чего бы это московскую кошку зациклило на носорогах,заметил как-то Куклаваня.- Не удивлюсь, если ты когда-нибудь выскочишь замуж за носорога и у тебя будет много-много маленьких носорожат>.
В настоящий момент Куклаваня сочинял поэму, которую собирался прочитать на праздничном обеде. Поэма была ужасно упрямая и никак не желала сочиняться. Куклаваня грыз карандаш и мучился.
- Назови мне рифму к слову <дорожке>! - толкнул он в бок Олю.
- Отстань. Ты не видишь: я занята! - Кукла намазывала варенье на хлеб.
- Ничего ты не занята... Я занят. Писать стихи - это тебе не варенье по хлебу размазывать.
- Вот и пиши их молча,- огрызнулась кукла Оля.- А то останешься без бутербродов.
Когда приготовления были закончены, всех пригласили к столу. Зайцы уселись на маленькие табуреточки с резными ножками, Оля на креслице, Куклаваня залез на спину к кошке, а дракончик положил свою тяжелую голову на край стола рядом с пирожками и вареньем.