Каждый скользил взглядом по столу, прикидывая с чего бы начать. Дракончик нежно смотрел на банку с горчицей, кошка Дуся обнюхивала рыбку из консервов, а зайцы нервно и застенчиво угощали друг друга морковкой.

- Постойте! - крикнул вдруг пупс.- Я закончил поэму.

Куклаваня встал в позу, вытянул вперед правую руку, откашлялся, взъерошил спутанную рыжую шевелюру и надрывно заголосил:

Шли кошки по дорожке

Переставляя ножки,

А рядом таракашки

Купались в манной кашке.

Игрушки захлопали в ладоши:

- Неплохо! Совсем неплохо. Хорошее стихотворение. Молодец!

Куклаваня скромно потупился:

- Я посвящаю своё четверостишие дракончику Пыхалке.

- В самом деле? - растрогался Пыхалка.- Очень мило с твоей стороны. Ты не мог бы прочитать ещё разок, а то в первый раз я прослушал. Я же не знал, что стихотворение мне посвящено.

Шли кошки по дорожке,

Переставляя ножки,

А рядом таракашки

Купались в манной кашке.

Куклаваня повторил четверостишие ещё три раза, и с каждым разом оно казалось ему всё более удачным:

- Читаю и плачу! Даже не верится, что это я его написал.

Дусе понравилось, что Куклаваня упомянул кошек. Зайцам пришлось по душе, что всё в рифму и смешно. Только Оля была недовольна таракашками. Это показалось ей негигиеничным.

- Давайте обедать! - закричали зайцы.- Нечего откладывать! Да здравствуют пироги с капустой и морковкой!

- Какой замечательный у меня выдался денёк! - воскликнул дракончик, погружая свой длинный язык в горчицу.- Сегодня я проснулся, сегодня мне посвятили замечательное стихотворение и я нашёл друзей!

- Мы тоже рады, что тебя наш-ли! - сказала Оля.- В самом деле очень рады.

- А ещё мы рады, что ты не ешь варенья,- добавил Куклаваня, облизывая ложку с повидлом.

Едва обед был закончен и тарелки убраны, как все услышали скрежет ключа в замке и голоса в коридоре.