Кендер посмотрел по сторонам, прикидывая, чем бы запустить в оконное стекло. На одном из столиков он увидел небольшую бронзовую статуэтку в виде девушки-эльфа с букетом цветов в руках. Судя по толстому слою пыли, она простояла на одном месте не меньше столетия, и это укрепило Тассельхофа во мнении, что немного свежих впечатлений ей не повредит. Он взял статуэтку со стола и уже занес ее над головой, собираясь швырнуть в окно, когда вдруг с улицы донеслись чьи-то голоса.

Радуясь тому, что голоса прозвучали снаружи, а не изнутри него, Тас опустил руку с бронзовой фигуркой и заинтересованно уставился в окно.

Рыцари Тьмы, приехавшие верхом, привезли с собой повозку, на которой находилось ложе, выложенное соломой. Они не спешили слезать с коней и с опаской поглядывали на окружавшие их темные деревья. Лошади беспокойно переступали на месте. Среди древесных стволов виднелись души мертвецов, похожие на клочья тумана. Тассельхофу было интересно, могли ли всадники видеть эти души. Лично он хотел бы утратить эту способность, а пока что ему оставалось просто не смотреть в сторону умерших, дабы невзначай не увидеть вновь собственный дух.

И мертв, и не мертв.

Кендер глянул через плечо на Конундрума, с головой ушедшего в работу и отвлекавшегося лишь на краткие комментарии, которые гном адресовал самому себе.

— Ну и ну, сколько Рыцарей Тьмы понаехало! — воскликнул Тас. — Хотел бы я знать, зачем они сюда явились. Тебе это не интересно, Конундрум?

Гном что-то пробубнил, не отрываясь от своего занятия. Определенно, до завершения его труда оставалось совсем немного времени.