Но, никогда не было сутью. И только ли к Гане она бежала? Видимо, и отец Киприан подумал о том же. - Решать должен отец Борис, Игнатий у него в послушании, пусть решает. Он за него отвечает перед Богом, если что-то случится... - И вы боитесь за них, за ваших духовных детей, да? Простите, ради Бога, наверное, так нельзя, я не умею говорить со священниками... - Нечего, Иоанна. Да, мы слабы, а враг силён. - Клянусь, от меня никто ничего не узнает. - Никогда не клянитесь, Иоанна. Верю, намерения у вас наилучшие. Но повторяю, враг силён... А власть... Её тоже можно понять. У нас многонациональное государство, есть мусульмане, буддисты, униаты, католики, иудеи, сектанты всякие, даже язычники. Правомерно ли делать государственной ту или иную религию? Материализм, кстати, тоже вера. Мы верим, что у каждого здания, тем паче мироздания, должен быть строитель, а они, верят что кирпичи сами себя построили. - И всё же вы, Церковь, лояльны верхам... Потому что всякая власть от Бога? - Да, в пределах невмешательства в основы веры. "Не отдавать Богово кесарю". Ничто земное не в силах запретить душе верить, иначе это была бы хула на Бога - вроде бы кесарь сильнее. Мы же не будем ругать пастуха, который сберёг для господина стадо, лишь за то, что пастух был тёмен или не слишком любил господина? Народ, орущий "Распни!" - за исключением отдельных убежденных сатанистов - просто тёмное стадо. Хмель кружит голову, веселит, однако, потом неизбежно наступает похмелье. Алчные пастухи, тёмное стадо, а тучи зла сгущаются... Не устоит дом, построенный на песке, - пророчески изрёк отец Киприан, - И падение будет великое. Пощади, Господи, Россию... Ну а конкурентная борьба в корне противоречит второй христианской заповеди о любви к ближнему. Если ты любишь ближнего, как самого себя, как ты можешь его разорить? Даже просто обыграть, а не отдать последнюю рубашку, как того требует заповедь? Вот я вам расскажу притчу. Два монаха задумались - как это люди ссорятся из-за собственности? Взяли кирпич и стали друг ко другу тянуть.