- Печально... Припоминаю что-то. Какие-то издательские разборки, зверское нападение и прочее... Кларк, Питер Кларк, так, кажется, звали твоего отца?

- Верно... Меня забрал мамин брат - Джузеппе Амирато. Моя мать была итальянкой... Дядя окончил Миланскую академию, у него огромная студия на крыше красивого, жутко выпендрежного дома. Правда, совсем старого и в скверном районе... Мимо нас все время проносились поезда. Он отдал меня в частную школу и брал иногда только на уик-энд.

- Щедрый дядя...

- Дело в том, что мамина семья считалась довольно состоятельной, и Джузеппе, чтобы получить долю наследства сестры, оформил опекунство над сиротой. Я ни в чем не нуждался. - Сид опустил голову и сжал зубы.

- Понимаю - твой дядя не стал твоим другом. Молодящийся холостяк, сердцеед, бабник, картежник, богемный тип. - Арчи поморщился. - Тебе не слишком повезло.

Сид пожал плечами:

- Бывает и хуже... В общем, я окончил школу и стал помогать дяде. Нет, нет! Он устроил меня учиться в художественную мастерскую, я помогал ему работать с глиной в свободное время... Честное слово, я тогда плохо понимал, что происходит! Я сам только пару раз попробовал затянуться, но все время таскал "посылки" парню из художественного отделения. Черные тубусы для рисовальных листов.

- Твой дядя приторговывая наркотой?

- Ну... Там все покуривали травку... Не знаю, было ли что-нибудь в его тубусах более серьезное. Мне больше нравилось рисовать. Без всяких глюков на холстах появлялись такие офигенные композиции! Дядя продавал их, выдавая за свои. Даже в журнале "Арт" была напечатана большая подборка и в ней три из семи картин - мои!.

- Верю. А девушки? Ты ведь смазливый малый, хотя слишком "итальянистый", что бы производить впечатление на миланских красоток. Здесь твой тип более оригинален.

- У меня была девушка, - неохотно признался Сид. - Эмми исполнилось пятнадцать. Мы твердо знали, что поженимся, как только позволит возраст. Она училась вокалу, а я рисовал с неё ангела... Потом... потом вышло совсем по-другому.