Вместе с осознанием этого страхи по поводу угрозы, исходящей от обезумевшего пса как-то разом исчезли. Все вокруг исчезло, расплылось перед глазами мутным бесформенным пятном. Звуки города за окном стихли. Сознание отказывалось воспринимать окружающую действительность, оно отключилось на какое-то время, защищая само себя от потрясения, грозящего фатальными последствиями. Следующие несколько секунд перед глазами Максима, словно в слайд-шоу проплывали картины из его жизни. Памятные моменты из беззаботного детства, из школьной поры, студенческой… Раньше он считал, что эти пресловутые картинки из жизни — банальный штамп, клише, фразеологический оборот. Но нет, они и правда возникают перед глазами. Макс лежал абсолютно беспомощный на полу, изогнувшись перевернутой буквой «С» в луже собственной мочи, вытекшей из расслабившегося мочевого пузыря, не в силах пошевелить даже пальцем, а в голове всё крутился и крутился калейдоскоп былых надежд и мечтаний. Блестящее окончание института; покупка заряженной «Хонды» «Сивик», ах как он мечтал прокатить свою девушку с ветерком по горному серпантину; престижная работа; красивая жизнь… Всего этого не будет, ни красного диплома, ни «Хонды», ничего не будет. Осознание реальности постепенно возвращалось. По щекам ручьями полились слёзы. Через безумный хоровод мыслей всё отчетливее пробивалось одно простое и страшное слово — ИНВАЛИД. Максим открыл рот и закричал что есть мочи. Но крика не вышло, лишь душераздирающий хрип вырвался из изувеченной гортани, а на губах запузырилась кровавая слюна. Красная плёнка, образовавшаяся в разинутом рту надулась и, лопнув, породила маленький фонтанчик крови, взметнувшийся вверх и мелкими каплями упавший на лицо.

Резкая боль, словно ржавым зазубренным ножом полоснула по горлу. От этого разум прояснился, но легче не стало. Макс сглотнул и снова почувствовал жуткую резь в горле и отчетливо ощутил вкус собственной крови. Вероятно, Кайзер сломал ему не только позвоночник, но и гортань.