Насупившись, Грхаб смерил взглядом своего противника – могучего тайонельца, замершего слева от Эйчида в позе угрозы. Согласно древней традиции, мастера воинского искусства выходили на поединок вместе со своими благородными учениками, разделяя их судьбу. Если падет юный боец, то умрет и его наставник – от чужого ли клинка или своего собственного, это уже значения не имело. Может быть, поэтому умелые наставники во всех Шести Очагах властителей Срединных Земель ценились дороже золота, и учили они своих питомцев от тех лет, когда мальчишки едва могли приподнять оружие, и до самой первой их битвы.

Грхаб, уроженец Сеннама. объявился в Одиссаре лет пятнадцать назад, вскоре после смерти Дираллы, матери Дженнака. Он был хорошим учителем, хотя не скупился на крепкие слова и столь же крепкие тумаки, и теперь Дженнаку не хотелось его подводить. Без сомнения, Грхаб одолеет противника; подобно многим сеннамитским воинам, он отличался высоким ростом, ловкостью, боевым искусством и огромной силой. Сейчас, когда ему стукнуло пятьдесят, она казалась столь неиссякаемой, как и в молодые годы, но в предстоящем поединке ни телесная мощь, ни ловкость в обращении с оружием, ни опыт сотен кровавых стычек не спасут наставника: его жизнь поистине висела на кончиках клинков Дженнака.

Грхаб, как и учитель Эйчида, не принадлежал к людям светлой крови и потому мог снаряжаться в бой по собственному усмотрению. Он выбрал кистень, шипастый крепкий орех на стальной цепи – коварное оружие, от которого меч и топор противника были не слишком надежной защитой. Еще у него имелся железный посох толщиной в два пальца, способный переломить любое острое лезвие; в огромном кулаке Грхаба он выглядел тонкой тростинкой. То было оружие Сеннама, коим владели лишь воины этой далекой страны, но Дженнак тоже умел с ним обращаться. Правда, в его сегодняшнем поединке с Эйчидом сеннамитские хитрости не применишь, так как обряд испытания кровью был строг: два меча для нападения, браслет для защиты – и все! Разумеется, это касалось только светло-рожденных, и Дженнак, еще раз окинув взглядом противников, решил, что наставнику Эйчидане позавидуешь; вряд ли в грядущем бою тайонелец одолеет сеннамита.