Глеб улыбнулся и пожал плечами.

— Владимир Кириллович, ну какой из меня штабист? Сами подумайте. Я ж там на паутине удавлюсь или утоплюсь в чернильнице! От скуки! Ну, не привык я по паркетам шаркать! И штаны протирать тоже не хочу, пусть даже и с широкими лампасами. Мое дело — заложников освобождать, паразита какого-нибудь за жабры брать, а не исходящие регистрировать!

Военврач грустно покачал головой:

— И куда вы теперь?

Жилин в затруднении поскреб в шевелюре.

— Думаю уйти в проект «Марс». Заявление я еще в том месяце подал. Сейчас вот вызов пришел. Съезжу в Новгород, узнаю, что там и как…

— И правильно! — с жаром сказал военврач. — Марс — это то, что надо, лучше не придумаешь! Документы ваши готовы уже, будет нужно — пошлете запрос в Центральный Государственный Информаторий — они там все должны быть. Допуск у вас сохранился? Ну, вот видите, как хорошо! Да, а выписку я вам оформил уже, и на увольнение… — Копылов улыбнулся. — Генерал ваш еще и накричал на меня, не хотел отпускать вас… Но побушевал-побушевал и подписал — куда денешься?

Жилин представил себе генерал-лейтенанта Нелидова — гвардейского роста, поджарого, с зычным голосом, с откинутым на затылок беретом, порывистого, властного, резкого, нетерпеливого… и как он костерит бедного Владим Кириллыча… и сам страдает от собственной грубости. Краснеет, злится, нервничает…

— Да, вот еще что, — припомнил Копылов. — Вас поставили на учет в Московском институте регенерации… Ну, вы понимаете… И хотя бы раз в три года вам нужно будет там появляться для профилактики. Строго обязательно!

— Слушаюсь!

— Не подведете?

— Никак нет! — Обычные чеканные речения выговаривались сами собой, по памяти, и оставляли горький привкус на губах. А может, это просто запах полыни, занесенный ветром?..