— Вот и не болтай лишнего. Что я могу поделать, если меня так мама с папой назвали?

— Да ладно, не комплексуй, мне по барабану. Изя так Изя.

— Ну и отлично. А чем тебе, собственно, евреи-то не угодили?

— Не знаю, — честно ответил Илюха, почесав затылок. — Но все-таки хорошо, что ты не из них.

Ошалелый Изя пробормотал что-то себе под нос, но продолжать дискуссию не стал. Следующие минут пять собутыльники сидели молча, только время от времени прикладываясь к фляге. Ее содержимого осталось немного, так что они растягивали удовольствие.

Стресс был успешно побежден, и настало время поставить точки над «и». Для такого случая Солнцевский даже встал.

— Ладно, все это, конечно, хорошо, но пора домой возвращаться.

Изя снизу вверх взглянул на нового знакомого и только презрительно хмыкнул.

— Назад поехали, говорю, — продолжал настаивать Илюха. — В гостях, конечно, хорошо, а дома лучше. Предлагаю отметить наше приключение в каком-нибудь кабаке. Так и быть, ради такого случая задержусь здесь на пару деньков.

Черт обхватил голову руками и тихо застонал:

— Ты что, до сих пор ничего не понял?

— Что тут понимать-то? Давай, крути свою машину времени назад.

— Слушай, вроде машиной переехали меня, а соображалка отключилась у тебя, — абсолютно спокойно заметил черт. — Где ты тут машину времени видишь? Сломанный рог — это билет в один конец!

— Что ты сказал?! — взревел Илюха.

— От того, что будешь надо мной нависать, все равно ничего не изменится. На-ка вот, хлебни и успокойся, — ответил Изя и протянул Илюхе его собственную флягу.

— Да как я могу успокоиться? Мне же в Москву надо!

— В следующий раз не будешь варежку за рулем разевать.

— Слушай, а ты не боишься, что я тебя прибью?

— Нет, не боюсь, — совершенно равнодушно ответил Изя.

— Это почему это? — даже немного обиделся Солнцевский.