– В подвале доктора Лэннинга!

– И что вы там делали?

– Занимался экспроприацией собственной эвристической машины!

– Так, интересный ответ. Значит, машина принадлежит вам?

– Так точно, бригадир!

– И чем вы это можете доказать?

– Только тем, что я сам ее сделал!

– Так, хорошо, а как она оказалась у Лэннинга?

– Это наша, если можно так выразиться, совместная разработка!

– И какова доля вашего участия в ней?

– Восемьдесят процентов, мистер Холмс!

– Когда вы переберете всех известных вам детективов, можете звать меня просто – инспектор!

– Понял!

– А почему вы ее называете эвристической?

– Потому что она, по нашей задумке, должна предсказывать будущее!

– Вот даже как! Но мне кажется, было бы логичнее назвать ее футуристической?

– Вы еще скажите «утопической», и я утону в слезах восхищения!

– Вы такой же грубиян, как и ваш хозяин!

– А при чем тут мой хозяин? Мистер Хаггард ничего не знает, мы все делали втайне от него из отходов производства и готовили ему сюрприз ко дню рождения!

– А откуда вы знаете покойного?

– Я этих сорванцов знаю с пеленок!

– О ком вы это?

– Как это, о ком? О Джонни и Фрэдди! То есть о мистере Хаггарде и ныне покойном мистере Лэннинге!

– Ах, ну да, они же школьные товарищи! А в чем заключался вклад Лэннинга в вашу эвристическую машину?

– Он разработал астральный гравигенный транспозер будущего!

– Так, все понятно! А хиромант-принтер с гороскоп-сканером кто изобрел?

– Ну, эту дребедень и я, без помощи Альфреда, смог сварганить!

– Значит, с идентификацией непонятного явления в виде эвристической машины мы закончили, теперь надо выяснить, что вы подразумевали под экспроприацией?

– Как – что? Что она и обозначает – умыкал, то есть, экспроприировал, по-научному!

– Но если машина, как вы утверждаете, принадлежит вам, то как вы могли ее сами у себя экспроприировать?