— Господи, — сказал Мюррей, — я уж лет сто как забыл обо всем этом.

— Наверное, у ФБР есть на тебя дело. Значит, если ты отправишься туда и заявишь, что это не шутки, они вряд ли тебе поверят.

— Ты прав, — согласился Мюррей. — Плохо дело.

— А что полиция? — спросила Анджела. — Я имею в виду обычную городскую полицию.

— Легавые меня знают, — ответил я. — Как только я войду в участок и заговорю, они тотчас позвонят в ФБР.

— Это произойдет, в какое бы ведомство ты ни отправился, — подтвердил Мюррей. — Городское, окружное или федеральное. Нет, похоже, сейчас нам никак не удастся заручиться поддержкой властей. Разумеется, в случае явного покушения на твою жизнь, если мы сможем доказать, что покушение имело место в действительности и было преднамеренным, кое-что, возможно, изменится.

— Покушение на мою жизнь? Покушение?! Ну и словечко ты подобрал. Десять террористических организаций объединились, чтобы убить меня, а ты говоришь «покушение»! По-моему, это будет чертовски удачное покушение!

— Мюррей, что ему делать? — спросила Анджела.

— Ну, во-первых, мы можем составить письмо с подробным изложением дела и просьбой о полицейской охране. Пошлем его в управление ФБР заказной почтой с уведомлением о вручении. Тогда, если на Джина совершат удачное или более-менее удачное покушение, у нас, возможно, появятся основания подать на правительство в суд за преступное бездействие. С другой стороны…

— Более-менее удачное? — переспросил я. — Что это значит — более-менее удачное покушение на чью-либо жизнь?

— Ну, если тебя ранят, — объяснил он. — Оставят без руки, ослепят или что-нибудь в этом роде. Легкого увечья, вероятно, будет недоста…

— Мюррей, — взмолился я, — ну забудь хоть на миг о том, что ты законник. Что мне делать — вот в чем вопрос.

— Что ж, давайте подумаем, — сказал он. — Какой у тебя выбор? Во-первых, ты можешь жить как жил, забыть про Юстэли и всякие там террористические организации и надеяться на лучшее. Во-вторых, ты…