Таланни подтолкнула Джерика к Трой и заняла место рядом с солдатами.

В комнату шагнула фигура в чёрно-золотом плаще.

– Это я, полковник.

– Снимите маску.

Повинуясь, он откинул капюшон, и стали видны короткие тёмные волосы. Той же рукой он снял маску, открыв бледное лицо с карими глазами. У него были те же тонкие черты, что и у генерала Баши и его сына, но не совсем. Он казался менее совершенным, почти заурядным, хотя и довольно миловидным.

– Что вы обнаружили? – спросила Таланни.

– Мы обнаружили телохранителя Джерика мёртвым в саду. Там был ещё один человек, в нашей форме, тоже мёртвый. Мы считаем, что Бори замышлял измену, но не смог осуществить её.

– Почему вы так думаете?

– Иначе зачем он бы вывел ребёнка? Мы все знаем Ваш приказ. Ни при каких обстоятельствах ребёнок не должен выходить из дома.

– Хорошо, – кивнула Таланни. – В здание никто не пробрался?

– Нет.

– Утройте посты.

– Они уже удвоены, полковник.

– Разве я спрашиваю Ваше мнение? Я отдаю приказ.

– Да, полковник Таланни. – Он повернулся кругом и вышел из комнаты. Они успели заметить часовых у дверей, по трое с каждой стороны.

Мальчик тесно прижался к ногам Трой. Она положила руки ему на плечи. Он весь дрожал, Трой чувствовала, как холодна от страха его кожа.

От Таланни не чувствовалось страха за себя. Тревога за сына и мужа; за себя же – ничего. Трой попыталась ощутить что-нибудь от окружавших её солдат, какую-нибудь нотку страха, но ничего не было. Словно они обладали внутренним выключателем: включил – страх, выключил – солдат. Полковника Таланни переполняли эмоции, и все они были на поверхности, солдаты же казались совершенно лишёнными эмоций.

Трой знала, что могла бы, сосредоточившись, проникнуть сквозь поверхностные мысли, но это было бы вторжение. Без веской причины она не стала бы проникать сквозь чью-то тщательно выстроенную защиту.