– Не понимаю.

Землянин мог бы солгать, но этот клингон, по крайней мере, говорил то, что чувствовал.

– Я глядела на звёзды и думала, какие они красивые.

Ворф уставился в чёрную пустоту, где блестели звёзды, подобно льдинкам на бархате. Наконец, он произнёс:

– Я вижу звёзды.

– Но разве Вам не кажется, что они красивы? – Она обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть то же самое нахмуренное выражение.

– Это звёзды. Думаю, они могут показаться… красивыми.

– Мне они кажутся красивыми, – улыбнулась Трой.

Он кивнул.

Трой подавила подступавший к горлу смех. Не следует смеяться над друзьями, особенно, когда те изо всех сил стараются быть вежливыми.

Из пустоты раздался голос капитана Пикарда.

– Советница Трой, пройдите на мостик.

Трой коснулась своего передатчика.

– Иду, капитан.

– Говорит Ворф, капитан. Требуется моё присутствие?

– Оно весьма желательно, лейтенант.

По голосу Трой чувствовала, что капитан улыбается.

– Мы идём, капитан, – сказал Ворф.

Он шагнул к ближайшему турболифту. Трой пришлось ускорить шаг, чтобы не отстать.

– Планировалось связаться с орианианами только через час, – сказала она. – Что могло случиться?

– Не знаю. – Они очутились внутри турболифта, и Ворф произнёс: – Мостик.

Лифт вздрогнул и начал движение.

Трой чувствовала возбуждение капитана. Его что-то встревожило. Она не стала делиться своими впечатлениями с Ворфом. Трой чувствовала эмоции каждого, кто находился на корабле. Рассказывать об этом другим не позволяла простая вежливость. Это было бы всё равно, что разглашать подслушанный секрет.

Двери турболифта с шипением открылись. Перед ними был мостик, с его плавными кривыми и неброского цвета покрытием пола. Он скорее походил на комнату для собраний, чем на капитанский мостик звездолёта. Место для переговоров, а не конфронтаций.