Есть расхотелось. Краска была похожа на кровь. - Знаете, - Мельник отодвинул чашку и криво улыбнулся недоуменно взиравшей на него чете Бурцевых, - я, пожалуй, пойду. Спасибо. Он вернулся в пустую и темную квартиру, врубил горячую воду и стал тереть ладонь. Потом он долго изучал красные распаренные руки. На месте пятна образовалась ссадина, но то уже была его кровь. Полина ждала его к ужину, и, когда Мельник появился в дверях, она сразу же почувствовала неладное. - Что с тобой? - спросила она. - Все нормально, - Мельник чмокнул ее в щеку. - Привет. Он взял дочь на руки и прижал к груди. - Я ужин несу? - предложила Полина. - Неси. Через несколько минут они сели за стол. Мельнику пришлось расстаться с ребенком. Он нехотя положил девочку в кроватку, ощутив в душе холод и одиночество. - Как ремонт, продвигается? - поинтересовалась жена. - Почти все, - сказал Мельник. - У Бурцевых сегодня был. - Как у них? - Полный порядок. Кухню заделали, во вторник будут переезжать. Меня попросили вещи грузить. - Здорово, - улыбнулась Полина. - Мне Бурцевы нравятся. Они хорошие. - Ага, - согласился Мельник и вспомнил, что не мыл руки после улицы. - Я сейчас приду. Под горячей водой болячку стало саднить. Мельник засучил рукава и принялся тщательно скрести пальцы. Почему-то в памяти возник звук влажного шлепка металла по размозженному мясу. Мельника затошнило. Он изо всех сил стиснул кусочек мыла и вдруг принялся яростно тереть им ладонь. Волосы на предплечье показались ему отвратительными и мерзкими, напоминающими об убийстве. Мельник тяжело сглотнул. Он почувствовал непреодолимое желание скинуть с себя одежду, чтобы тщательно, сантиметр за сантиметром, отдраить свое тело. Уже не контролируя себя, он разделся и залез в ванну. - Саша. Голос напомнил, что надо идти к столу. - Саша! В дверь уже колотили. - Что? - крикнул Мельник. - Что ты там делаешь? - Я сейчас... - Открой, я прошу тебя.