— Хорошо еще, что я не оставила здесь уотерфордские бокалы, — сказала бабушка.

— Бабушка, у тебя нет уотерфордских бокалов, — возразила Сюзи. — Ты подарила их моей маме, потому что ты сказала, что предпочитаешь более грубую посуду. Что, не помнишь?

— Ну, тогда можно считать, что нам повезло, правда? По крайней мере, мы зна ем, что они в безопасности.

Сюзи рассмеялась, но ее писклявый голос словно бы угас во мраке.

— Все-таки ты чокнутая, бабушка, — сказала она. — Ты такие странные вещи говоришь.

— Может быть, мы все-таки поищем свечки? — вмешался я.

Мне не нравился этот дурацкий разговор. Кому-то нужно было сохранять верность логике, и кроме меня кандидатов не было.

Бабушка остановилась и открыла ящик, а я выпустил из рук ее кофту. И в этот момент кухню осветила голубая молния. За какую-то миллионную долю секунды я успел заметить в саду движущиеся странные тени — бесформенные и огромные. У меня по спине побежали мурашки.

— Смотрите! — прохрипел я. — Вы их видели?

— Да, вот они, — выпрямляясь, сказала бабушка. — Я знала, что они должны быть здесь…

— Нет! Эти фигуры в саду! Вы видели эти фигуры в саду?

— Арчи, что ты такое говоришь, — проворчала Сюзи. — Не надо пытаться нас напугать…

— Но я правда видел, как там что-то двигалось. Правда! Я же не идиот…

— Ха! — рявкнула Сюзи.

Бабушка Кейт откинула занавеску и зажженной свечкой осветила окно, но мы увидели в нем только свое отражение. Тогда бабушка опустила свечу и сказала:

— Ничего там нет. Ничего. Наверное, тебе показалось. При свете молнии бывает оптический обман. Так, давайте-ка зажжем еще свечки, и я позвоню электрикам — пусть приедут починят.

— Мне не показалось, — настаивал я. — Правда, бабушка… Я точно видел снаружи какие-то тени.

— Да заткнись ты, — недружелюбно посоветовала Сюзи. — Хватит нам шуточек.