- Вот, гляди какой улов, - приподнял Олег добычу.

- Мелковата, - пробурчал купец, - вот у нас сом однажды теленка с водопоя утащил. Только голову и нашли потом.

- Ну, ты сказал, - Олег бросил рыбин у костра, - а бражки под телятину он у вас не спросил?

- Вот, лопни мои глаза, коли соврал!

- Ладно, котелок есть у тебя?

- Есть. Сейчас, коней покормлю и займусь.

Олег вернулся к реке, нашел глинистый выход на берегу и простирнул пропитавшуюся потом рубаху.

Вечер перешел в ночь, похолодало. Середин накинул куртку на голое тело, надел кожаные штаны, подхватил сапоги и подсел к костру. Вторуша, бросив в котел рыбьи головы, хвосты и плавники, резал рыбу крупными кусками. Потрескивали в огне сучья, лошади хрустели овсом в подвешенных на головы торбах.

- Я сомика варить не стану, - сообщил Вторуша, - мы его в углях запечем. И похлебка будет, и жарево. Лады?

- Лады, - ответил Олег, растягиваясь у огня.

Он облокотился на локоть, наблюдая, как купец колдует над котелком. Вторуша экономно подсолил похлебку, зачерпнул деревянной ложкой, попробовал, подумал, добавил еще соли. Затем побросал в котел куски рыбы, помешал и присел у костра. Делал он все не спеша, степенно и размеренно.

- Слушай, купец, - спросил Олег, - а на кого это ты с топором кинуться хотел? Неужто на водяного?

- На кого, на кого... - Вторуша покосился на него, почесал затылок. Стал быть на него, на водяного самого.

- Ну, ты даешь, купец, - усмехнулся Середин, - да что ж ты ему топором сделаешь?

- Знаешь чего, мил человек! Там думать не пришлось: я вижу - орешь ты и руками, чисто рыба хвостом, плещешь, подхватился да и кинулся.

- А если б вместе пропали, а?