Задумавшись, Лена не заметила, что они уже подошли вплотную к месту стоянки, которое встретило компанию тишиной и распахнутой настежь дверью избушки.
— Дина, Антон, вы где? — сложив ладони рупором, завопил Путырчик. — Мы уже вернулись, быстренько прекращайте делать то, что вы делаете, застегивайтесь и выходите!
— Фу, какой ты циничный, Венечка, — хихикнула Нелли, не выпуская приватизированную руку Бориса.
— Это не я такой, это жизнь такая, — Веня зашел в избушку и через минуту вышел оттуда, растерянно оглядываясь: — А их там нет! Эй, вы где?! Не дурите, выходите!
Тишина. Даже эхо молчало.
Глава 6
Нелли растерянно оглянулась на Осеневу:
— Лена, мне почему‑то стало страшно. Помнишь, мы когда утром уходили, ты все время оглядывалась? Ты что‑то чувствовала, да? Что‑то плохое?
— Да ерунда это все! — Вадим сбросил свой основательно отощавший захребетник. — Подумаешь, нет их! Прогуляться пошли или за ягодами решили отправиться, да мало ли еще занятий для парочки? Тем более что солнце еще не зашло.
— Действительно, народ, что вы паникуете раньше времени? — Борис ухмыльнулся. — У Квятковской, может, сейчас мечта сбывается.
— Фу, пошляк, — скривилась Ирина, направляясь к избушке. — У тебя одно на уме. Нелька, прими меры, пусть Марченко угомонится.
— А я тут при чем? — Нелли густо покраснела, отпустила наконец руку своего обоже и с независимым видом пошла вслед за Плужниковой.
Независимый вид чувствовал себя некомфортно, упирался и верещал: «Пусти! Не умеешь носить — не хватай!»
Потом все переодевались, умывались, делились впечатлениями, солнце тем временем нехотя сползало к линии горизонта.
А на смену ему наползала тревога. Поначалу робко касаясь кончиками щупальцев, она постепенно набирала силу, чувствовала себя все увереннее, и касания превратились в удушающие захваты.