- Я... я... - начала заикаться Кара.

Она стояла передо мной, направляя свет фонаря на гроб и на этого старика. Я видел, как она дрожит.

- Где я? - прокаркал старик и потряс головой, словно приходя в себя. Где я? Что я здесь делаю?

Он прищурился. Его бледная лысая голова сверкала под лучом фонаря. Даже его глаза были бесцветными, похожими на серебро.

Старик облизал белые губы. Его рот издал сухой чмокающий звук.

- Пить... так хочется пить, - произнес он хриплым шепотом. - Какая страшная... жажда.

Медленно, со страшным стоном он сел в гробу. Когда старик приподнялся, я увидел, что на нем была накидка, шелковая пурпурная накидка, по цвету точь-в-точь такая же, как внутренняя отделка гроба.

Он еще раз облизал бледные губы.

- Что за жажда...

И тут он заметил нас с Карой. Снова заморгал. И уставился на нас.

- Где я? - спросил старик, глядя на меня своими ужасными бесцветными глазами. - Что это за комната?

- Это мой дом, - ответил я, но слова прозвучали, как еле слышный шепот.

- Какая жажда... - снова пробормотал он.

Потом спустил из гроба одну ногу, за ней - другую.

Старик соскользнул на пол совершенно бесшумно. При этом он казался таким легким, будто вообще ничего не весил.

Я ощутил холод в затылке. Мне хотелось отойти подальше, но я уже и так стоял у самой стены.

Я взглянул на открытую дверь. Мне показалось, что она за сотни миль от меня.

Старик снова провел языком по сухим губам. Не отрывая от меня тяжелого взгляда, он шагнул в нашу сторону. На ходу поправил свою накидку.

- Кто... вы? - отважилась спросить его Кара.

- Как вы сюда попали, - крикнул я, снова обретя голос. - Что вы делаете в моем подвале? Как вы оказались в этом гробу? - Вопросы так и сыпались из меня. - И кто вы такой?

- Старик остановился и почесал лысую голову. На какое-то мгновение мне показалось, что он напряженно пытается вспомнить, кто он.