- Землянин? - лениво, с безразличием в голосе спросил водитель.

- Нет, я родился на Инкане, но долгое время жил на Земле.

- Возвращаетесь из командировки?

- Нет.

Водитель еще раз зевнул. Дьондюранг понимал его состояние: долгий полет и монотонный гул мотора нагоняли сон, и готов был для приличия поддержать разговор.

- Та молоденькая красавица, провожавшая вас, так горько плакала...

- Это моя сестра...

- Красивая... - двусмысленно улыбнулся водитель. - Чем вы ее опечалили?

- Ей не хотелось, чтобы я возвращался на Инкану.

Водитель прищурил глаза и стал похож на хитрого зверька.

- Когда сестра так плачет по...

Дьондюранг опять почувствовал приятную истому во всем теле окончательное решение сформировалось в виде материального заряда на бета-клеммах центрального анализатора. Перебив водителя, спросил живо:

- Знаете астероид Лазурных Сталактитов?

Водителя такая резкая смена темы не удивила. Ему все равно, о чем говорить. Только бы не одолел сон.

- Тот строительный хлам, который не использовали при синтезе Фиевского заповедника на Инкане?

- Такой красивый астероид называете хламом? - усмехнулся Дьондюранг, удовлетворенный тем, что наконец-то пришел к определенному решению. Возьмите, пожалуйста, курс на него!

- Не имею времени для увеселительных полетов.

- Я выхожу на этом астероиде.

Водитель взглянул с пренебрежением.

- На этой глыбе неиспользованной экзотики нет не только людей, но и человеческой атмосферы.

- Знаю.

- Бросьте шутить.

- Берите курс на астероид. Остальное вас не касается.

- Там я никогда не был. Для меня это новая трасса.

Дьондюранг посмотрел на экран монитора.

- Мы сейчас в четырнадцатом квадрате... Значит... нужно перевести седьмой на режим девятого, а третий поставить на дубль двенадцатого. Только и всего.