- Я думаю, что ты очень храбрая - и очень красивая.

- Возьми фонарь, - сказала Мария. - Возьми несколько фонарей. Никто не знает, сколько эти нестерпимые времена мрака продлятся.

Они отправились в путь пешком, потому что в Колонии частные средства транспорта считались социальным злом. Впереди, невидимый во мраке, возвышался Гран Монтан, резервация флитов. По сторонам дороги угадывались остроконечные массы утесов, а позади - аккуратные поля, изгороди, дороги Колонии. Они пересекли канал, который отводил воды извилистой реки в ирригационную сеть. Раймонд осветил фонарем бетонное ложе. Они остановились и смотрели молча, и тишина эта была красноречивее, чем любые ругательства.

- Он сухой! Они снова разрушили дамбы.

- Зачем? - спросила Мария. - Зачем? Они не пользуются речной водой!

Раймонд пожал плечами:

- Я думаю, они просто не любят этот канал. Ладно, мы сделали бы для них самое лучшее, если бы знали как это сделать, - и он вздохнул.

Дорога вилась серпантином по склону. Они миновали покрытый лишайниками корпус звездного корабля, который пятьсот лет назад потерпел крушение на Глории.

- Кажется совершенно невероятным, что флиты когда-то были обычными мужчинами и женщинами, такими же как и мы, - сказала Мария.

- Нет, не как мы, дорогая, - поправил вежливо Раймонд.

Сестра Мария вздрогнула:

- Флиты и их козы! Иногда мне кажется, что их трудно отличить друг от друга.

Вскоре Раймонд свалился в яму, на дне которой были ил и некоторое количество воды. Грязь засасывала и представляла собой опасность. Барахтаясь, задыхаясь, с отчаянной помощью Марии он выбрался на твердую почву и стоял, дрожа - сердитый, продрогший, промокший до нитки.

- Вчера этой проклятой штуки здесь не было, - он принялся соскребать ил с лица, с одежды. - Из-за этих проклятых фокусов жизнь здесь кажется такой трудной.

- Надо быть выше этого, дорогой, - ответила Мария страстно. - Мы будем бороться с этим, подчиним это себе! Когда-нибудь на Глории будет порядок.