Пока они решали, продолжать путь или нет, из-за северо-западного горизонта выкатился пузырь Красного Робундуса, и они смогли оценить ситуацию. Брюки цвета хаки Брата Раймонда и его белая рубашка оказались, конечно, грязными. Походный костюм Сестры Марии был едва ли чище.

Раймонд удрученно сказал:

- Я должен вернуться в бунгало и переодеться.

- Раймонд, у нас есть время?

- В таком виде я буду чувствовать себя среди флитов как дурак.

- Они даже не заметят.

- Ну что с ними поделаешь, - отрезал Раймонд.

- У нас нет времени, - решительно сказала Мария. - Инспектор бдит, а флиты каждый день мрут как мухи. Говорят, это наша вина - и, значит, конец Колонии Евангелистов. - Помолчав, она осторожно добавила: - Но помочь флитам надо не только поэтому.

- Я думаю, что в чистой одежде я произведу на них лучшее впечатление, - сказал Раймонд нерешительно.

- Фу! Фиг их заботит чистая одежда, при их-то небрежности.

- Думаю, ты права.

Над юго-восточным горизонтом появилось маленькое желто-зеленое солнце.

- А вот и Урбан... Не было бы так темно, как в угольной яме, будь на небе три или четыре солнца сразу!

- Солнечный свет заставляет злаки расти, - сказала Мария сладким голосом.

Полчаса они шли вверх, затем остановились, чтобы перевести дыхание, и посмотрели в сторону Колонии, которую так любили. Семьдесят две тысячи душ жили на расчерченной на клетки зеленой равнине; там стояли ряды аккуратных белых домиков, чистеньких, свежевыкрашенных, с белоснежными занавесками на окнах, с газонами и палисадниками, полными тюльпанов, с огородами, где росли капуста, свекла и кабачки.

Раймонд посмотрел на небо и сказал:

- Собирается дождь.

- Откуда ты взял?

- Вспомни потоп, который случился, когда совсем недавно Урбан и Робундус оба были на западе.