Пол смотрел на мать. Она говорила правду. Ему захотелось уйти и обдумать все, что произошло, но он знал, что не сможет уйти, пока старуха ему не разрешит. Она приобрела над ним власть. Они говорили правду. Его мать тоже прошла через это для какой-то таинственной цели и эта цель, видимо, была ужасна. Он тоже был уже заражен этой целью, правда, не знал ее сущности.

— Однажды тебе тоже придется стоять у этой двери, и это будет высшая мера доверия, — сказала старуха.

Пол посмотрел на руку, чувствовавшую боль, перевел взгляд на Преподобную Мать. Голос ее стал непохож на все другие, слышанные им когда-либо. И он понял, что теперь он получит ответ на любой вопрос, и что тот спокойный мир, в котором он жил, кончился.

— Для чего проводится это испытание на человека? — спросил он.

— Чтобы высвободить его личность!

— Высвободить?

— Когда-то человек надеялся только на машины, но это лишь позволило поработить их другими людьми, с более совершенными механизмами.

— «Да не сделаем машину подобием ума человеческого», — процитировал Пол.

— Из Бультериан Джихади и Оранжевой Католической Библии, — сказала старуха. — Но вот, что не следовало бы утверждать. Так не заставь же машину быть подобием ума человеческого. Ты изучал Ментат?

— Я начал его с Зуфиром Хаватом.

— Великое восстание унесло все эти костыли, — сказала старуха. — Оно заставило человеческий ум развивать человеческие способности.

— Школа Бене Гессери?

Старуха кивнула.

— Древние школы дали нам двух последователей: Бене Гессери и космический Союз. Он, как мы считаем, придает значение только математике. Бене Гессери играет другую роль.

— Политика, — сказал Пол.

— Кул Вахад! — воскликнула старуха и сердито посмотрела на Джессику.

— Я ничего ему не рассказывала, — сказал она.