- Император Шаддам, я должен говорить с вами о пряности и об Арракисе.

От такой прямоты придворные затаили дыхание. Император застыл на троне от такого неслыханного оскорбления.

- Ты дерзок, планетолог. С твоей стороны это безрассудство. Или ты допускаешь, что мне ничего не известно о столь важных для моей империи делах?

- Я допускаю, сир, что вам поставляют неверные сведения Харконнены. Они делают это преднамеренно, чтобы скрыть свою истинную деятельность.

Шаддам вскинул рыжеватую бровь и подался вперед, внимательно слушая, что скажет планетолог. Кинес продолжал:

- Харконнены - это бешеные псы, рвущие пустыню. Они бессовестно эксплуатируют местное население. На добыче пряности погибает больше народа, чем даже в работных ямах Поритрина и Гьеди Первой. Я посылал вам множество докладов об этой мерзости, что, впрочем, до меня делал и мой отец. Я представил вам также долгосрочный план посадки на планете зеленых насаждений и кустарников, которые смогут изменить в лучшую сторону состояние многих районов Дюны - то есть Арракиса - и сделать их обитаемыми.

Он помолчал. Затем продолжил:

- Я могу лишь предположить, что вы не читали моих докладов, так как мы не получили на них ответа, и с вашей стороны не последовало никаких конкретных действий.

Шаддам вцепился в ручки Трона Золотого Льва так сильно, что у него побелели пальцы. Горящие по сторонам трона ионные факелы ревели, как пламя в камине. Жалкое подобие огня, бушующего в ненасытной пасти Шаи-Хулуда.

- Мне вообще приходится много читать, планетолог, и многочисленные просьбы отнимают у меня массу времени.

Сардаукары охраны, видя изменение настроения императора, приблизились к Кинесу.

- Но многие ли из них имеют такую же важность, как будущее производства меланжи?