Но его поняли не правильно.

– Если не побоишься и приведешь нас к огненным горам, – продолжал светловолосый, – то наградой тебе будет мой меч.

Он вытащил из ножен золоченый клинок с магическим изображением анделиса возле самого эфеса, на вытянутых руках поднес к самому лицу Харра. Тот невольно зажмурился, так сильно было искушение наложить руку на украшенную эмалью рукоять.

– Ты наивен или не в меру неосторожен, чужеземец? – проговорил он, отступая на шаг. – На моем месте любой другой завел бы вас в гиблое ущелье, опоил подремником – и был таков вместе с булатом бесценным.

Предводитель чужеземцев одобрительно хмыкнул:

– Я осторожен и далеко не наивен. И еще я проницателен. Ну, гожусь я тебе в наниматели?

– Нет, – со вздохом ответствовал Харр. – Годиться-то ты годишься, да вот дороги в Ад сейчас нет. И долго не будет. Сейчас все Инеистые горы во власти ночи. И обитают там только души умерших. Не с ними ли вы хотите свидеться?

– Нет. Души нам как-то ни к чему.

– Тогда…

– Сам посуди, зачем я буду тебе обо всем рассказывать, если ты не соглашаешься нам помочь?

– Да как вам помочь? Вот загубить вас – это плевое дело. Да и не дошли бы вы до Инеистых гор, ноги-то у вас всех, не прими за обиду, жидкие, куцые…

Насмешник в рыже-травянистой короне весело заржал и задрал ногу в ладном, мастерски скроенном сапоге. Похоже, критика в адрес собственных конечностей была принята чуть ли не как комплимент.

– А мы пешком не ходим!

Харр покачал головой неодобрительно:

– Все равно пропадете. В ледяные камни вас ночь превратит!

– Ну это не твоя забота, – чуточку высокомерно обронил младший, которого весь этот разговор, похоже, больше раздражал, чем смешил.

Светловолосый вздохнул, и его солнечный меч скользнул обратно в ножны со скорбным, разочарованным звоном.

– Ну, хватит. Значит, не договорились. Поищем кого-нибудь другого. А ты вроде нам подходил. Сейчас бы и отправились, во имя Хатты и Гихатты.